Безработица подскочит в 2−3 раза, доходы упадут на 9−12%

Безработица в России, на фоне эпидемии COVID-19, может вырасти в 2−3 раза с докризисных 4,6%. Это следует из прогноза консалтинговой компании Boston Consulting Group (BCG) о безработице в России и мире.

BCG описывает три сценария в зависимости от масштабности кризиса:

— Благоприятный сценарий «Отскок»: доля безработных вырастет до 6−7%. Если эпидемия быстро прекратится и кризис ограничится одной волной, безработица вырастет до 6−7%. Под ударом в этом случае окажется, в основном, сфера услуг и непродовольственная торговля.

— Базовый сценарий «Тяни-толкай»: уровень безработицы в России вырастет до 8−10% в краткосрочном периоде, но к концу 2020 года ситуация начнет улучшаться. Предполагает умеренный уровень сокращений: 11−16% — в секторе услуг, 7−10% — в торговле, 6−10% — в строительстве и недвижимости и 5−10% — в промышленности.

— Пессимистичный сценарий «Критический спад»: рост числа безработных на 7,8 млн. человек в абсолютном выражении, или до 12−15%. Сокращения могут коснуться до четверти занятых в торговле, сфере услуг, строительстве и недвижимости. Только при этом сценарии могут пострадать и такие отрасли, как сельское хозяйство, телекоммуникации, нефтегазовая, металлургия и горная промышленность, транспорт и логистика, финансовый сектор, — здесь сокращения оцениваются в 4−6%.

В докладе также отмечается, что сокращение платежеспособного спроса населения может достигать от 2−3 до 9−12% в зависимости от сценария.

Заметим, уровень безработицы в России в «карантинном» апреле, по данным Росстата, уже подскочил до 5,8% (максимум с апреля 2016 года) с 4,7% в марте. Работу Рботу потеряли 800 тысяч человек, а в целом армия безработных выросла до 4,3 миллиона.

По сути, эти люди оказались на грани нищеты. Да, правительство для поддержки граждан в период пандемии повысило максимальный размер пособия по безработице до уровня МРОТ — 12 130 рублей. Но, как отмечает директор Центра трудовых исследований НИУ ВШЭ Владимир Гимпельсон, даже такое пособие составляет всего 25% от средней зарплаты.

Кабмин, по всей видимости, до последнего момента считал тему с безработицей исчерпанной. Так, Минэкономразвития заложило в базовый вариант макропрогноза-2020 среднегодовой уровень безработицы 5,7%. Однако прогноз Boston Consulting Group, похоже, значительно ближе к истине.

29 мая выяснилось: в апреле ВВП России рухнул на 12% в годовом выражении. Об этом говорится в «Картине деловой активности», опубликованной на сайте Минэкономразвития. Объем платных услуг, которые были предоставлены населению, упал на 37,9%.

В такой обстановке ждать автоматического снижения безработицы глупо. Минтруд пока не видит другого выхода, кроме как бороться с ростом увольнений административными методами. В проекте постановления правительства «Об особенностях правового регулирования трудовых отношений в 2020 году», который готовит ведомство, Минтруд хочет запретить увольнения в связи с приостановкой работы из-за пандемии. Другими словами, переложить борьбу с безработицей на плечи работодателей.

Однако насколько эффективны подобные меры — вопрос открытый.

— В России цифры по безработице очень сомнительны, поскольку в экономике огромный теневой сектор, — отмечает экономист, научный сотрудник Санкт-Петербургского государственного экономического университета Андрей Заостровцев. — Люди, особенно в провинции, могут работать на основной работе, и получать приработок на стороне. Характерный пример — учителя и репетиторство. Или парикмахеры, которые могут один день работать на хозяина, а другой — ездить по клиентуре.

Конечно, цифры роста безработицы в России показывают на большую проблему занятости, пусть даже цифры очень разные. Здесь надо понимать: официальная статистика (1,9 млн. безработных) учитывает только тех, кто обратился за пособием на биржу труда. А методика МОТ — это социологический опрос. Человека спрашивают: у вас есть работа, вы ищите работу? Если первый ответ «нет», а второй «да», по методике МОТ человек записывается как безработный.

Поскольку в России теневой сектор, и в нем зачастую люди заняты частично, картина становится непрозрачной. Если человек лишился работы в парикмахерской, у него сейчас, по идее, выросло число заказов на дому. Однако если ему позвонят из МОТ, и будут его расспрашивать, человек, скорее всего, скажет: работы у него нет, и он работу ищет.

«СП»: — Насколько вырастет безработица в России из-за коронавируса?

— Безработица поначалу покажет скачкообразный рост, но потом все будет зависеть от того, как этот скачок смягчит теневой сектор. Однако конкретные цифры назвать сейчас трудно.

Тут обращает на себя внимание следующий факт. По прогнозу МВФ на середину апреля, падение экономики в России в 2020 году должно составить 5,5% ВВП. Банк России, который составлял прогноз в конце апреля, предсказал падение в 4−6% ВВП. Наконец, консенсусный прогноз ВШЭ от середины мая, составленный путем опроса 28 крупнейших аналитических центров, говорит о падении всего в 4,3% ВВП.

То есть, падение будет все-таки не столь глубоким, как казалось изначально. Это относится и к ситуации с безработицей.

«СП»: — Минтруд хочет запретить увольнения в связи с приостановкой работы из-за пандемии. Это эффективная мера?

— Невозможно принудительно вменять предприятиям запреты на увольнения. Наверняка работодатели найдут обходные пути. У нас, например, есть такое понятие как отпуск без сохранения содержания. Работникам могут сказать: если хотите, когда наступят лучшие времена, вернуться на работу — сейчас пишите заявления на такой отпуск. Формально в этом случае работники будут числиться в штате, а реально — сидеть без работы и без денег. И это только один из способов ухода от административного давления.

Логика Минтруда понятна: это стремление ослабить нагрузку на государственный бюджет, и переложить расходы по безработным на предприятия. Такое в России уже бывало в начале 1990-х — правда, тогда МРОТ был копеечный. Работники в те времена появлялись на рабочих местах изредка, поскольку делать там было нечего, а в реальности торговали на рынках и в киосках.

Так или иначе, экономика РФ среагирует на кризис — в плане роста безработицы — не так прямо, как это видится на Западе.

«СП»: — Что кабмин сейчас должен делать, чтобы снизить рост безработицы?

— Выдавать субсидии предприятиям. У нас, замечу, предприятиям уже обещаны субсидии при условии сохранения 90-процентной занятости. Но эти субсидии небольшие, и их трудно получить.

Вариантом субсидий могут стать государственные заказы. Китай, например, в кризис 2008—2009 годов резко увеличил госзаказы на строительство инфраструктурных объектов — дорог, мостов, туннелей.

Наконец, делу поможет увеличение пособий гражданам. Люди в этом случае будут больше покупать товаров, и это тоже поддержит производство.

— Толком ситуацию с безработицей никогда не разъясняло ни Минэкономразвития, ни Минтруда, — считает председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова, профессор кафедры международных финансов МГИМО (У) Валентин Катасонов. — У нас официальные цифры базируются на данных биржи труда. На мой же взгляд, скрытая безработица в стране накануне коронавирусного кризиса составляла 20−25%.

У нас положение с безработностью маскирует, в том числе, квазитрудовая деятельность. Скажем, в России около 1 млн. человек числятся охранниками — это что за деятельность такая? На почти 147 миллионов численности населения такое количество охранников — ненормальная ситуация!

А то, что у нас, помимо полиции, еще более 400 тысяч бойцов Росгвардии? Чем эти люди заняты, готовятся к войне с врагом? Это что, тоже занятость?!

Насколько увеличится реальная безработица из-за кризиса, зависит от продолжительности карантинных мер. И здесь правительство РФ должно решить: либо оно по-прежнему следует западным рекомендациям и держит карантин, либо все-таки спасает экономику.

Взято из источника

Добавить комментарий